дерзкий цирк дерзок
Ночь, в которой Леон укладывает пьяных Гвидионов спать, посещает обитель шабашисткого Епископа, где говорит с ним о морали, а потом получает неожиданный подарок от одного невзрачного типа


На землю Виктора не опускали. Прижимая к себе, как котенка - одновременно гладя и удерживая, чтобы не сбежал. Это было не очень просто, имея в наличии всего одну руку, но Леон старался.
- Что случилось? Объясни, все-таки.
- Да ничего... - подменыш снова потер уши. - Весь день ушел на жесткие переговоры. В общем, из тех семерых четверо уже не придут никуда...
- Ты... добился того, чего хотел? - спрашивать, цел ли Бьорн, не казалось хорошей идеей. - На переговорах?
- Да. Надо будет потом спросить у секретаря, чего именно.
Леон остановился, усаживая Бьорна на ближайший контейнер без маркировки - скорее всего, контрабандный, - и провел пальцами по затылку. Прижимая к себе ближе.
- Шульц снял с меня проклятие. Он хороший парень, как я и говорил. Теперь смогу тонуть... без последствий.
- Тебя утопить? - подменыш боднул лбом Леона, пофыркивая.
- Ты сбежать-то от меня не смог. Зачем, кстати, пытался?
- Не от тебя. От звуков. Вы так шумели...
Леон вздохнул, гладя его по затылку. И о чем-то раздумывая.
- Устал? Осталось немного. Потом... потом ты отдохнешь. Обещаю.
- Намертво отдохну? - он поднял голову.
- Нет. Просто отдохнешь. И от этих мыслей тоже.
Подменыш молча уткнулся лбом в холодный живот.
- А сейчас просто поспишь, - Леон аккуратно вернул его в исходное положение, пристраивая на плечо. - Сделаем, что сможем... для сегодняшней ночи.
- Не забудь разбудить. Инга обидится, если я опоздаю, - сонно проворчали из-за спины.
Леон кивнул и молча понес подменыша в свой вагон. Надеясь, что колдуны, как минимум, не будут громкими.

После того, как Леон отнес Виктора спать к себе, он на некоторое время пропал для мира, сосредоточенный на эпистолярных формулировках. Закончив с приглашениями и отдав их гулям, он, довольный начавшейся суетой, решил заглянуть к Иштвану. Почему-то оставить Крестоносца в покое было в высшей степени невозможно.
Крестоносец мирно лежал на животе, переплетая одной рукой рукоять меча.
- Доброй ночи, - Леон постучался, зашел в вагон, не дожидаясь ответного приглашения, и сел на пол напротив Иштвана, скрестив ноги. - Как дела?
- Доброй... - он помедлил, спокойно положив ладонь на рукоять. - Пока что никак.
Леон улыбнулся своим мыслям. С интересом посмотрел на распятие, обежал взглядом купе.
- Тебе что-нибудь нужно для комфорта? А то, я смотрю, мои... тебя не особо любят.
- Любят? - он удивленно поднял голову. - А должны?
Леон дернул плечом, вместо пожатия.
- С ними иногда случается. Я все время забываю спросить... о твоем ранге, Крестоносец. А ты его так и не назвал.
Тот горьковато усмехнулся.
- Епископ.
Леон поднял брови.
- Ого. Ты... хм, надо было бы подарить им еще что-нибудь, но обойдутся, - он задумчиво смотрел на Иштвана, пытаясь подобрать слова.
Пальцы снова принялись споро перебирать тонкие кожаные ленточки.
- Я хочу, чтобы ты пошел со мной кое-куда сегодня. Это изрядно повысит для нас обоих шансы пережить эту ночь, а она будет непростой.
- Да ну? - культя, покрывшаяся уже тонкой кожей, скептично дернулась.
Леон, как всегда, не заметил сарказма или не понял намека.
- Я могу оставить тебя тут. Одного, потому что остальные сородичи идут со мной. И с некоторыми шансами за тобой придут либо твои, либо... местные, из Башни. Исход будет одинаковым. А мне... нужен телохранитель, пожалуй.
- Ты идиот или придуриваешься? Из меня телохранитель сейчас, как из твоей семейки солдаты британской королевы. В меховых шапках. Высоких таких.
Леон улыбнулся снова.
- Ты отлично умеешь драться одной рукой. И глаза у тебя на месте. Придуриваешься - ты.
- Дело не только в ней, а в том, что у меня разодрана в клочья спина. Как ты понимаешь, это очень плохо отражается на бойцовских качествах.
- Значит, будешь стоять и таращить глаза для убедительности, - Леон махнул рукой. Затем недовольно покосился на скатанный спальный мешок. - Не лучшая постель для того, у кого разодрана спина. Я же спросил, чего тебе не хватает? Ты в каких-то претензиях к моей семейке, но ведешь себя в точности как они.
- Я сказал, что мне чего-то не хватает? - он удивленно поднял голову. Проследил за взглядом, пожал плечами. - А что?
Леон закатил глаза и вздохнул.
- Ладно, твое дело. Я должен был спросить иное. То, что облегчит твою службу мне. Есть ли что-то, Иштван-Крестоносец, что ты не хотел бы делать? Что-то, что будет тебе мешать выполнять мои приказы? Что-то, что заденет твою гордость слишком сильно... Епископ? Это... важный вопрос. Я хотел бы, чтобы ты его обдумал.
- Пока что... - он задумался, выглаживая кончиками пальцев рельефное плетение. - Я не хочу бессмысленных убийств, в том числе для запугивания. Я не хочу зачисток площадей, без разбора и понятия. Я не хочу действовать вслепую. Если тебе что-то нужно, скажи, зачем. Или почему я не должен этого знать.
Леон кивнул.
- Разумно. Я... даже поддержу тебя по большинству пунктов, - он сделал жест рукой, словно хотел прикоснуться к Иштвану, и передумал на полдороге. - Впрочем, по последнему пункту ничего не меняется. Мне действительно нужен телохранитель.
- Я так понимаю, опасность не слишком велика. Хотя ты ранен...
- Да. И буду занят политикой. Лучше не давать никому повода хотеть проверить, насколько я в форме. - Леон снова окинул взглядом купе. - Интересно, что ты назвал только пункты из личной этики. А как же "не убий", "не укради"... "не прелюбодействуй"?
- По отношению к кому? Ко мне? Я этим заниматься и не буду. К тебе? Смешно. Ты все равно будешь убивать, красть и прелюбодействовать. Особенно если ты из тех Сторожей, кто возводит это в культ и считает, что в этом и есть высшее предназначение каинита, - он скривился. - Мне это может сколько угодно не нравиться, но от того, что я возвышенно скажу это, ты не станешь агнцем. Поэтому я прошу объяснять, зачем ты что-то делаешь. И вот тогда уже я буду делать выводы. Я сам не белый, чтобы порицать других потомков Каина за то, что они не следуют морали, данной смертным.
Леон посмотрел на Иштвана долгим взглядом. Со смесью понимания и предостережения. Диалог об особенностях морали Сторожей опасно подходил к водоразделу между интересной беседой и задетой честью Клана.
- Не судите, да не судимы будете, - он хмыкнул.
Салюбри промолчал, медленно поднимаясь в сидячее положение.
- Не стоит судить обо мне и моих мотивах по моему Клану и тому, что ты о нем думаешь, я об этом. Я же не сужу о тебе по привычкам Архиепископа Миланского, Сира моего Сира. Если у тебя есть сомнения, спрашивай.
- Некорректно, - он все же сел. - Тогда уж суди по привычкам Саулота.
- Я не имел чести быть с ним знакомым, - улыбнулся Леон. - Но с удовольствием послушал бы о них.
- Я тоже. И надеюсь не познакомиться, - он задумался. Нахмурился, что-то подсчитывая. - Стоп. Миланского?
- Мадридского, - Леон потер лицо ладонью и вздохнул. - Нет, мне определенно будет нужен сегодня телохранитель, а то и два.
- Куда ты идешь?
- На церемонию двора фей. Политически это сборище союзных сил, противопоставленных... Герцогу Бездны.
- Расскажи подробнее.
- Фейский двор. Неблагой Король, ты его видел, когда он... хм, поймал тебя. Лояльный. Принц местной Башни. Тоже, вероятно, с Двором. Можно сказать, что лояльный. Мажеские ковены... здесь сложнее, часть точно недружелюбна, а некоторые наверняка и нелояльны. И глупо ожидать, что противник упустит такой шанс... будь я культистом Герцога, я точно нанес бы визит.
- Я все еще считаю, что он уже нанес визит и давно тут, - Салюбри поморщился, поднимаясь на ноги и одеваясь.
Леон с интересом смотрел на него снизу вверх. Все с той же легкой мечтательностью в глазах оглядывая переплетения мышц, достойных античной статуи.
- Я считаю, что у каждого есть право на второй шанс.
- Я надеюсь, что только второй. Какая роль отведена мне, кроме охраны?
Во взгляде Леона отчетливо прорезалось сомнение.
- Думаю, этого достаточно. Твое активное участие в политике... будет весело, конечно, но недолго.
- Активного и не будет, но вот пассивно... я все еще шабашит и играю в том числе эту роль. Какую? Как именно ты хочешь меня подать?
- В первую очередь ты приманка, - честно ответил Леон. - На случай, если Магнус решит сделать второй заход. А в остальном... подопрешь мой статус. Если твоя гордость позволит тебе такое сравнение, пока ты... хм, аксессуар. Навроде Козявки. Посмотрим, сожрет ли благородное общество такую демонстрацию, и будем действовать по обстоятельствам.
- Козявки? - Салюбри повернул голову, недоумевающе подняв брови. - Гордость... нет, пожалуй. Это норма, хвастаться добыче или пленными.
- Ручной аллигатор моего Малкавиана, - Леон смотрел на него все теми же честными глазами. - Я удивлен, что она тебе его не притащила знакомится.
- Странно, что Малкавиан выбрал такую банальщину.
- Я не вмешиваюсь в чаяния детей Малкава даже советами, - Леон дернул плечом. - Если она хочет аллигатора, пусть таскает аллигатора. Захочет полосатого единорога, срущего радугой - получит единорога.
Иштван пожал плечами и сделал несколько шагов к Леону, носком ботинка поддевая и перехватывая в воздухе крутанувшийся меч.
Леон проводил его заинтересованным и слегка завистливым взглядом.
- Когда я тебе буду нужен?
- За час до полуночи, - Леон тоже поднялся, раздраженно поправляя сползшую с правого плеча рубашку.
- Где тебя найти?
- У меня. Или где-нибудь около. Я не собираюсь покидать Домен, в любом случае. - Леон еще раз мазнул взглядом по фигуре Иштвана с мечом, и вышел из вагона.
Бледный отрешенный тип невнятной наружности отлепился от вагона и шагнул к Леону. Бегло окинул взглядом Иштвана. Весь скривился, как будто собирался плюнуть.
- Леон, - Лакес осмотрел и его. - Ты позволишь мне сделать три вещи?
- Лакес! - Леон улыбнулся Цимисху так, точно действительно был рад его видеть. Вот этого тощего бледного типа. - И тебе привет. Зависит от вещей, конечно... но ты знаешь мои правила. Так что, наверное, да. Не надо плевать в Иштвана, пожалуйста.
- Плевать не понадобится, - он мерно кивнул Салюбри и получил настороженный, резковатый кивок в ответ. - Зайди обратно. И скажи мне, ты собираешься пользоваться этой рукой и насколько активно?
- Если ты хочешь ее оторвать и забрать себе, то подожди пару ночей, ладно? - Леон выглядел почти серьезным. Вполне возможно, он и говорил всерьез.
- Нет, я хочу сделать то, что должна была сделать Гленн, - он напряженно провел кончиками пальцев по стыкам кожи и метастазов. Легонько побарабанил по гладким мускулам, прослеживая реакцию тела. Потом, прикрыв глаза, быстрыми движениями уколол Леона ногтями в нервные узлы, мгновенно снимая боль. Почти. Рука все еще сохраняла чувствительность и подчинялась, но как через блокаду. С Иштваном он справился еще быстрее, заодно прикрыв рану кусочком укрепленной кожи вместо брони. - Как возвращать, сам знаешь.
- Знаю. Спасибо... Ты надолго? - Салюбри повел плечами, приспосабливаясь.
- Не слишком. Земля стонет. Леон, следующая просьба. Я хочу Гленн и полчаса времени на... разговор. Ты можешь мне сказать, чему именно она успела научиться за это время?
- Сегодня удивительная ночь, все делают мне подарки, которые я не заслуживаю, - как всегда восхищенный работой, Леон смотрел на Цимисха. - Можно, я только целовать тебя не буду? Заходи на праздник в парке, в полночь, будет весело. Гленн вся в твоем распоряжении, конечно. Я... хм, не знаю, чему? Я не разбираюсь в вашем искусстве. Становится похожа на взрослеющего Изверга. Отхватила крепких пиздюлей вот от него, - он кивком указал на Иштвана. - Но не смертельных. Обрастает гулями и чувством территории. Почти все время женщина. Я научил ее разве что тому, что мы не одни в ночном мире, и... все, наверное.
Цимисх огляделся, покосился на Иштвана. Тот понимающе отошел и едва ли не демонстративно зажал уши, отворачиваясь. Лакес удовлетворенно кивнул.
- Ты серьезно? Ты не знаешь точно, чем кто научился из твоей стаи? И не направляешь их умения в нужное тебе русло? Леон, это стратегически дурной вариант. Ты всегда будешь отставать, особенно если и дальше продолжишь в том же духе, - вампир соскочил вниз на перрон, засовывая руки в карманы. - Хорошо третьей просьбы не будет, ты уже дал мне разрешение. Где обитает Гленн?
Леон застыл на секунду, затем отвернулся и медленно сжал и разжал пальцы на правой руке. Снова посмотрел на Цимисха.
- Ты... прав. Спасибо... - Леон едва удержал почти сорвавшееся с языка "брат". - И ты прав, я отстаю и постоянно в цейтноте, поэтому и не слежу. Гленн... ее вагон в основном составе, сейчас напротив входа стоит автомобильная платформа. Как увидишь блестящий красный автомобиль, считай что ты ее нашел, она внутри.
Он кивнул и ровным стелющимся шагом прошел вдоль платформы. Остановился возле машины, внимательно ее осмотрев, и громко постучался в дверь вагона.

@темы: 1927 год, 30 апреля, Депо, Ингебьорн, Иштван, Лакес, Леон