дерзкий цирк дерзок
Сцена после титров.
Ночь, в которой Сын Бездны продолжает шоу


Альченцо, скривившись, вышел под свет фонаря, поджидая неторопливо приближающегося Гангрела. Тот тоже не выглядел счастливым. Что ж, Леон подставил их всех, и стоило признать, что сделал он это красиво.
И, наверное, зря. Ласомбра слегка улыбнулся своим мыслям.
Дамиано, несмотря на свою эффективность, да даже на проявившиеся способности к предвидению, все еще оставался импульсивным темпераментным молодым вампиром, полным амбиций, гордыни и одиночества. Что ж, сейчас у него есть семья, которой он так жаждал. Есть те, кто не дадут скатиться снова до уровня животного, но и не дадут погрязнуть в рефлексии подобно барышням из слезоточивых книг русского писателя Достоевского.
Гангрел приблизился, встав на обусловленном этикетом расстоянии.
Осталось еще придумать, что сделать с доменом, так любезно подаренном любящим сыном. Перепродавать его не стоило, Леон хотел сюда возвращаться (зачем бы, тут ведь мокро и омерзительно?), так что не стоило ставить его в неловкое положение даже из мелочного чувства мести. Тем более из мелочного чувства мести. Пожалуй, домен подойдет в качестве перевалочного пункта.
Что? Ах да...
Альченцо, снова слегка скривившись, повернул голову вбок. Туда, где незримо присутствовал Принц Нового Орлеана. Что ж, шоу должно продолжаться, и теперь настала его очередь исполнять политическое танго.

@темы: 11 мая, 1927 год, Альченцо, Депо